Пользовательского поиска





03.02.2013

Гуманизм в бутылке: философия французского вина

Весной 2013 года закипит работа на одной из важнейших строительных площадок Франции. На берегах Гаронны в Бордо начнется строительство культурного и туристического центра вина. Главным залом этого гасконского дворца станет, конечно же, дегустационный.

Гуманизм в бутылке: философия французского вина
Гуманизм в бутылке: философия французского вина

Такой центр, на возведение которого будет израсходовано 55 миллионов евро, создается впервые в мире. По словам мэра города Алена Жюппе, его сооружение "подтвердит статус Бордо как мировой столицы вина". Здание вознесется над водами Гаронны на высоту 47 метров, а его выставочные площади смогут принимать более полумиллиона посетителей в год.

"У наших виноградников появится теперь свой парадный подъезд", — не без волнения замечает один из горячих сторонников и покровителей проекта Жорж Осальтер. Президент влиятельнейшего Межпрофессионального совета бордоских вин, настоящий энциклопедист виноделия, он вправе считать рождение центра также и собственным успехом.

От философов до солдат

"Сегодня у нас много институтов в технологическом секторе виноградарства и виноделия, менеджменте и коммерции, которые готовы сделать из вас профессионала, — говорит президент Осальтер. — Но в любом случае нужно быть терпеливым и увлеченным".

Дворец вина на Гаронне станет символом бесконечной истории любви. Тибо Буле, признанный специалист по винам античного мира, напоминает: основав в 600 году до Рождества Христова Массалию, ныне Марсель, греки окружили новое поселение виноградниками. Счастливые дегустаторы находили местное вино "густым и сочным". Одна беда: его было мало. Сменилось не одно поколение, прежде чем плантации расширились. Национальным напитком французов вино по-настоящему стало в Средние века. К этому времени виноградники начали занимать все больше места на землях аристократов и монастырей.

Quand le vin est tire, il faut le boire ("Когда пробка выбита, нужно пить вино") — фраза, которую первым ввел в обиход почти под занавес XVI столетия поэт-лютнист Жан-Антуан де Баиф из знаменитой "Плеяды", вскоре стала общефранцузской пословицей.

Особое место в создании великих вин принадлежит Бордо, "жемчужине Аквитании". Здесь этот волшебный напиток особенно подружился с наукой о жизни — философией. Шарль-Луи де Монтескье сам был виноделом и считал вино отличным антидепрессантом. "Воздух, лоза и вино с берегов Гаронны вместе с нравом гасконцев составляют замечательное противоядие от меланхолии", — полагал автор классического труда "О духе законов".

Впрочем, вино привлекало внимание не только философов, но также экономистов и дипломатов. В своем великом "Исследовании о природе и причинах богатства народов" Адам Смит, три года проживший во Франции, не обошел стороной виноградники Бордо и их элитную продукцию. "Для таких вин спрос постоянно превышает предложение, и их цена всегда высока, — замечал один из основоположников современной экономической теории. — Поскольку культивировать их не так дорого, выгода будет тем больше".

Гуманизм в бутылке: философия французского вина
Гуманизм в бутылке: философия французского вина

А североамериканский посланник при французском дворе Томас Джефферсон, будущий президент Соединенных Штатов, занес в 1787 году в свой дипломатический дневник названия полюбившихся ему бордоских напитков. У одного из авторов американской Декларации независимости оказался безупречный вкус. Пятерку его любимцев составили отборные Pontac, Saint-Brice, Preignac, Barsac и Sauternes.

И все-таки за границей одной из первых поклонниц французского вина была Россия. Александр Пушкин нашел для Бордо почетное место в своей "энциклопедии русской жизни". Четвертая глава "Евгения Онегина" содержит развернутое посвящение:

"Но ты, Бордо, подобен другу,
Который, в горе и в беде,
Товарищ завсегда, везде,
Готов нам оказать услугу
Иль тихий разделить досуг.
Да здравствует Бордо, наш друг!"

Бордоский кагор, Cahors, жаловал еще император Петр I в лечебных целях. Вино успокаивало царский желудок. Сегодня в окрестностях города на Гаронне есть свои виноделы из России. "Мы восхищены и горды тем, что иностранцы увлекаются нашими винами и нашим регионом до такой степени, что хотят здесь жить, — говорит Жорж Осальтер. — Мы принимаем их с радушием, ведь они поклонники нашего вина и одновременно послы Бордо в собственной стране. Мы же, в свою очередь, ездим в Россию, проводим учебные классы для профессионалов и широкой публики в Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге".

Готовя в 1855 году Всемирную выставку в Париже, впервые посвященную не только промышленности, но и аграрному сектору и искусству, император Наполеон III поручил бордоским куртье, торговым посредникам, составить классификатор своих лучших вин. Они попросили на эту работу трехмесячный срок. Все вина в этом историческом реестре — красные, за исключением знаменитого Haut-Brion, и все происходят из кантона Haut-Medoc.

К концу XIX столетия площадь виноградников в департаменте составила почти 200 тысяч гектаров. Производство, качество которого постоянно росло, достигало в среднем трех миллионов гектолитров, треть продукции экспортировалась. Стоимость бочки первоклассного Бордо — Haut-Brion, La Fite, La Tour и Margaux — достигала пяти тысяч франков, по тем временам это составляло два годовых жалованья университетского профессора. На бордоские виноградники проливался настоящий золотой дождь. В Первую мировую войну солдату ежедневно полагалось пол-литра вина. В 1917 году французы на фронте выпили 12 миллионов гектолитров. Окопная газета Echo des tranchees в дни прекращения огня в ноябре 1918 года так говорила об апофеозе вина: "Это один из главных факторов победы. Несомненно, наши блестящие генералы и героические солдаты — ее бессмертные кузнецы. Но что бы они были без нашего красного вина, которое держится до конца и дает отвагу, храбрость, стойкость, презрение к опасности..."

Заряженные историей

Каков сегодня любимый напиток президента Межпрофессионального совета бордоских вин? "Я люблю все вина Бордо с их неповторимым стилем, — замечает Жорж Осальтер. — Это вина, которые своим разнообразием сочетаются с любыми поводами, удовлетворяют множеству вкусов, отлично гармонируют с блюдами. Вина, заряженные историей и источником радости".

Сегодня вино — третья статья французского экспорта после авиакосмической промышленности и парфюмерии. Каждый пятый гектолитр вина, проданный в мире, родом из Франции. Но это не значит, что отрасль не имеет проблем: в последние годы они были весьма ощутимы.

"Мы в полной мере почувствовали мировой экономический кризис, — перебирая бумаги с колонками цифр, говорит Осальтер. — Он проявился в резком и беспрецедентном сокращении наших продаж. В 2008—2009 годах они уменьшились на миллион гектолитров, из них 400 тысяч — на экспортных рынках. В следующем 2010-м удалось восстановить только половину утраченных экспортных объемов. В 2011-м прирост составил еще 22 процента: мы экспортировали 2,16 миллиона гектолитров вина на общую сумму 1,97 миллиарда евро.

Последние данные, на конец сентября 2012 года, показывают: несмотря на замедление экспорта на большинстве внешних маршрутов объемы экспорта и его стоимость восстанавливаются до докризисного уровня. Такой итог достигнут благодаря укреплению позиций в Азии".

На долю Бордо сегодня приходится почти пятая часть объемов экспорта французских вин и 44 процента стоимости. Пять первых рынков по объему: Китай, Германия, Бельгия, Великобритания и Япония. По стоимости экспорта ведущий маршрут — Великобритания, за ней идут Китай, Гонконг, США и Швейцария.

Хорошие результаты — плод целенаправленной работы сильной команды Межпрофессионального совета бордоских вин. Это прежде всего углубленное исследование рынка, четкое формулирование интересов отрасли, развитые связи с общественностью. Любопытно, что, по словам Валери Дескюде, главы пресс-службы совета, очень важные позиции в отрасли сегодня занимает прекрасная половина человечества.

Женщин-виноделов можно встретить во главе винодельческих хозяйств, торговых домов, на кафедрах энологии и среди дипломированных специалистов виноделия, в кругу сомелье, в лабораториях. У всех на слуху имена баронессы Филиппины Ротшильд — chateau Mouton Rothschild, Корин Мензелопулос — chateau Margaux, Кристин Валетт — chateau Troplong Mondot, Лоранс Брюн — chateau Dassault, Вероника Сандерс — chateau Haut Bailly, Беренис Люртон — chateau Climens.

"Шато" по-американски

Сегодня битва за винный рынок идет не только на торговых прилавках, но и в офисах юристов. Так, в США хотят использовать слово chateau на этикетках своего вина. В Бордо встревожены этим намерением. "Проблема в своей основе не урегулирована, — замечает Жорж Осальтер. — Соединенные Штаты хотят заимствовать термин сhateau для собственных вин, в частности, для тех, которые будут экспортироваться в Европейский союз. Но это понятие исторически связано с Францией, и в особенности с Бордо".

Как поясняет президент Межпрофессионального совета бордоских вин, по сути, сталкиваются два толкования термина сhateau: французское и американское. С точки зрения Евросоюза, он принадлежит французским винам, которые имеют защищенную классификацию качественного вина. Это означает, что вино произведено из винограда, который весь собран на одной плантации. В этом же хозяйстве вино и изготовлено.

Для американских виноделов понятие сhateau означает более широкую характеристику, относящуюся ко всем винам, произведенным виноделом из винограда собственных плантаций или же плантаций, которые "традиционно возделывались" этим производителем.

Американское право еще более расширительно. Оно позволяет применить классификацию даже к тем винам, которые лишь на 75 процентов изготовлены из винограда данной местности. Это означает, что понятие сhateau может быть распространено на стандартную продукцию без всякой самобытности, привязки к месту, где его производят.

"На практике речь идет об узурпации идентичности нашей продукции. Эта узурпация состоит не только в нечестной конкуренции, но и в обмане потребителя, — считает Жорж Осальтер. — Мы требуем от Европейской комиссии защитить использование термина сhateau".

Во Франции не раз публиковались исследования, согласно которым умеренное потребление вина снижает риск кардиологических заболеваний. Литератор и доктор Франсуа Рабле, занимавший в 1532—1534 годах пост главного врача госпиталя Notre Dame de Pitie в Лионе, в романе "Гаргантюа и Пантагрюэль" пошел, пожалуй, дальше других в своем прогнозе: "Пейте всегда и вы никогда не умрете".

Вино играет даже свою роль в большой политике. Экс-президент Франции Николя Саркози весной 2012 года, в канун президентских выборов, явно опрометчиво заявил, что предпочитает вину... воду. В стране, являющейся главным мировым производителем вина, такие заявления не могут не иметь последствий. Его соперник подобной ошибки не допустил. "Люблю отведать вина в дружеском или семейном кругу. Для меня это моменты общения, единения, совместного открытия, — заметил Франсуа Олланд. — Если буду избран, то отпраздную победу с моими близкими за хорошей бутылкой французского вина". Французскому избирателю, как известно, милее оказался подход Олланда.

Эпохи меняются, но вино остается частью французской цивилизации. "Мы не производим его, как кока-колу, на конвейере, вино — это гуманизм в бутылке", — говорит винодел Паскаль Фриссан.


Источники:

  1. news.day.az



© Злыгостев Алексей Сергеевич - дизайн, подборка материалов 2001–2017
При копировании материалов обязательно указывать источник:
http://wine.historic.ru "Виноделие как искусство"